GSAC Analytics

Пропасть конфронтации между Арменией и Турцией – есть ли выход из тупика

Пропасть конфронтации между Арменией и Турцией – есть ли выход из тупика

Тезисно и с недосказанностями подискустировал с Бакинским Пресс-клубом:…

Сложно уйти от банальностей и в очередной раз не повторить, что нормализация отношений с Турцией, снятие блокады, открытие границ – наиболее оптимальный путь для оздоровления экономики Армении. Также сложно такой сценарий не обсуждать как некоего «сферического коня в вакууме», когда бытует мнение, что этого не может быть, потому что попросту не может быть. А поражение Армении в «44-днейвной войне» только усугубило ситуацию.

До недавнего времени присутствие турецких товаров на армянском рынке (по разным, в т.ч. и «полулегальным» схемам), открытость для армян курортов Анталии, свежая память о попытках «футбольной дипломатии» – свидетельства того, что турецкая блокада Армении носила если не условный, то далеко не всеобъемлющий характер. Недавнее решение о запрете импорта турецких товаров я бы назвал не рациональным, но «эмоционально-оправданным» в свете того тяжелого постпораженческого синдрома, в котором пребывает армянское общество. И не мне с перспективы Киева или Тбилиси здесь и сейчас ситуативно кого-то осуждать (или искать рацио, когда еще не закончен процесс поиска, возврата и захоронения тел погибших и так далее).Одна из базовых проблем в том, что политикум Армении ныне живёт в предвыборной логике, и сегодня уже сложно сказать, сколько этот период продлится. Н.Пашинян пытается аккуратно, то ли снять с повестки дня, то ли максимально отсрочить вопрос внеочередных парламентских выборов. Его главный оппонент Р.Кочарян «внезапно» после визита в Москву стал апологетом досрочной парламентской кампании. В таких условиях резонирование темы нормализации отношений с Анкарой является чуть ли не политическим табу. Обтекаемые формулировки проскакивают, а публичные «пробы грунта», к примеру, о восстановлении дипотношений с Азербайджаном предаются обструкции.

Да, любой выход Еревана на конструктив с Анкарой будет плотно привязан к восстановлению отношений с Азербайджаном и позиционированию Армении касаемо дальнейшей судьбы Карабаха (напомню, что «футбольная дипломатия» не принесла результатов в силу жесткой позиции Баку и его недвусмысленных сигналов в сторону Турции, – но сейчас ситуация принципиально другая). Москва по отношению к своему «главному союзнику в регионе» будет продолжать строить политику вокруг комплекса обречённости и соответственно ещё большей зависимости от «единственно возможного спасителя». Именно в этой логике Кремля – и отдельное «государственное строительство» в части Карабаха под своим военным протекторатом, и формирование среди армян нарратива о «реванше, который возможен только с Россией». Любой претендующий на благосклонность Москвы армянский политик (без которой в логике Москвы на что-либо претендовать в Армении невозможно) в нынешнем предвыборном формате обязан так или иначе вращаться вокруг этих «аксиом». Попытки реанимировать на международной арене минскоформатный дискурс о «статусе» Карабаха будут загонять в тупик реанимацию отношений с Баку и Анкарой.

Открытие границ Армении с Турцией может быть привязано к запуску транспортно-инфраструктурных проектов, которые активно обсуждаются после Трехстороннего заявления от 10 ноября 2020 года. Следим за их реализацией, результаты которой пока выглядят туманно.

Есть ещё один гипотетический вариант, когда Армения может нормализовать отношения с Турцией. Это – принципиально новые гарантии безопасности Еревану от альтернативного РФ центра силы – например, США или НАТО (на фоне выравнивания отношений между Вашингтоном и Анкарой). Фантастика? Наивность комментатора? Пусть так. Но «миротворческий» крючок в Карабахе Кремлем неспроста организован в том числе и против Еревана…

Владимир Копчак, ЦДАКР