GSAC Аналитика

“Я наведу порядок” или 18 брюмера грузинских силовиков

“Я наведу порядок” или 18 брюмера грузинских силовиков

Всегда полезно подводить итоги, хотя бы предварительные. Предварительные итоги вчерашнего дня выглядят так.

Отставка премьер – министра Георгия Гахария

Георгий Гахария принял решение о своей отставке без согласования с остальными членами команды Грузинской Мечты. Слухи о его отставке ходили уже давно, но большинство экспертов сходились на том, что в ситуации политического и социально-экономического кризиса, в условиях пандемии, партии власти не имеет смысла менять премьер-министра, который является идеальной фигурой, на которую можно было бы списать все неудачи. Но…

Экономический кризис, тяжелое социальное положение населения, пандемия, на самом деле не являются серьезными вызовами для Грузинской Мечты, так как не несут непосредственной угрозы потери власти. Для тех, кто хоть немного знаком со структурой грузинского общества и менталитетом населения Грузии, очень сложно себе представить, что возмущенные своим тяжелым социальным положением народные массы выйдут на улицы и сметут власть. Бывали времена похуже и ничего подобного не происходило. Совсем иначе обстоит дело с политическим кризисом. За тридцать лет государственности в стране сформировалась политическая элита. способная влиять на отношение к властям стран-партнеров Грузии. В “мирное” на это мнение можно было бы не обращать особого внимания, отмахнуться дежурными заявлениями и дело с концом. Но в том то и дело, что времена сейчас совсем не “мирные”.

Сразу несколько факторов создали весьма опасную для монополии на власть Грузинской Мечты комбинацию. Пандемия практически прикончила любые намеки на экономическую самодостаточность, без внешних заимствований правительству никак не справится. Вторая карабахская война изменила соотношение сил в регионе, усилив влияние на Южном Кавказе, и соответственно интерес России к Грузии. Аннексия Крыма создала серьезные вызовы для европейской безопасности на Черном море. Военное и экономическое сотрудничество  России и Турции, а также серьезные проблемы Турции с Европейским Союзом, поставили целый ряд вопросов перед НАТО. И наконец приход либерал-интервенционистов в Белый дом  создал потенциальную возможность роста интереса США в региону Южного Кавказа в целом, и к Грузии в частности. Кроме всего прочего похоже, что администрация Байдена действительно постарается сделать продвижение демократии в мире своим фирменным стилем. 

Долгое время Грузия оставалась глазом этого тайфуна событий, то есть вокруг кипели нешуточные страсти, а политическая борьба у нас напоминала ссору детей в песочнице. Однако сейчас вероятности того, что эта тишь да гладь будет нарушена стала весьма высока, и именно это является главной причиной ухода Иванишвили, перед которым замаячил кейс Плахотнюка, их публичной политики. Но уход уходом, а политический кризис, за которым как минимум на уровне посольств очень пристально следят и даже пытаются помочь разрешить, наши западные партнеры, никуда не делся И вот тут перед властной командой возникла вилка – попытаться договориться с оппозицией или продемонстрировать силу. На все это наложилась борьба за передел сфер влияния? финансовые потоки из бюджета и прочая, и прочая, и прочая.

Реанимация дела Ники Мелия, который ещё в ноябре на митинге в знак протеста против фальсификации выборов сорвал с себя браслет, надетый прокуратурой, была с одной стороны точным индикатором того, что власть выбрала силовой вариант решения проблем с оппозицией, а с другой заявкой команды силовиков на победу во внутренней борьбе. Приговор об изменении меры пресечения Мелия, который является председателем самой крупной оппозиционной партии страны, вызвал реакцию, которую можно было легко просчитать. Все оппозиционные партии сплотились и выступили единым фронтом против власти, а ведь разброд и шатания в среде оппозиции уже начались. Предложение правящей партии снизить предвыборный барьер на следующих выборах выглядело настолько привлекательным, что некоторые представители оппозиции были готовы даже временно зайти в парламент, чтобы принять эту поправку. Понятно, что после решения суда об изменении меры пресечения Нике Мелия пространства для переговоров практически не осталось.

После решения суда лидеры всех оппозиционных партий собрались в офисе Национального движения. Арестовать Нику Мелия можно было только взяв здание штурмом. Посольство США предупредило стороны о недопустимости насильственных действий. И вот в такой ситуации Гахария подал в отставку. Причины отставки Гахария достаточно прозрачны, он проиграл (впрочем вряд ли у него были шансы) борьбу силовикам и не захотел повторения сценария “ночи Гаврилова”, когда он стал главным виновником непропорционального применения силы против демонстрантов, хотя не только не отдавал приказ, а даже пытался воспрепятствовать этому, о чем свидетельствуют записи переговоров, представленные парламентской комиссии. У Гахария сработал элементарный инстинкт самосохранения, и он не просто ушел в отставку, но и выразил свое несогласие с решением об аресте Мелия в условиях политического кризиса.

Кто и как пришел

Слухи об отставке Гахария и готовящемся внутри Мечты микроперевороте, этаком 18 брюмера грузинских силовиков, ходили как минимум неделю до описываемых событий. На пост премьер-министра от силовиков называлась Тея Цулукиани, бывший министр юстиции, которая сейчас в парламенте, но готовится стать министром культуры. Назначение Цулукиани министром культуры выглядело бы странным, если бы не необходимость её пребывания в составе кабинета министров и возможности быстрого перехода на пост премьер-министра в качестве исполняющего обязанности. Цулукиани выглядела для силовиков идеальным вариантом ещё и потому, что у неё нет своей политической команды, нет могущественных кланов, которые стоят за ней и таким образом, она вполне могла стать компромиссной фигурой внутри силового блока.

Компромиссными фигурами внутри Мечты могли бы стать Ираклий Кобахидзе, назначение которого на пост премьера было бы логичным, так как он является председателем партии, или Майя Цкитишвили, наиболее опытный менеджер и наиболее близкая фигура к Бидзине Иванишвили. Однако, 18 брюмера не  было бы 18 брюмером, если бы силовики посадили в кресло премьера не своего кандидата. Отставка Гахария стала неожиданностью,  Цулукиани нельзя было назначить исполняющей обязанности премьера, а вакуум власти, пусть даже очень недолгий, в такой ситуации представлялся крайне опасным. Поэтому выбор Ираклия Гарибашвили был хоть и не идеальным для “заговорщиков”, но необходимым. 

“Я наведу порядок”

Почему выбор Ираклия Гарибашвили был не идеальным для “заговорщиков? Вроде бы опытный управленец, имеющий определенный политический вес и пусть и не очень удачный опыт работы в качестве премьер-министра. К тому же по отзывом специалистов, самому мне сложно об этом судить, он был не самым плохим министром обороны. И тем не менее, для самих же силовиков Гарибашвили не лучший вариант. Не лучший потому что Гарибашвили обязательно будет строить свою конструкцию власти, причем возможностей для этого у него побольше, чем у того же Гахария. Во-первых, за Гарибашвили стоит могущественный кахетинский клан его тестя, который долгое время работал на высоких полицейских должностях. У него ещё со времен бытности главой министерства внутренних дел и премьерства остались свои кадры. из которых сегодня легко можно сформировать политическую команду. И наконец связи за рубежом, от Китая до все той же Франции. С американцами он имел опыт работы будучи министром обороны. Ну а о наличии связей с Россией красноречиво свидетельствует “дело картографов”, инициатором которого он и являлся. 

Назначение политической фигуры с такими ресурсами в период передела власти неизбежно приведет к росту напряжения внутри правящей команды. И совсем непонятно как власть будет справляться с политическим кризисом. В своем первом заявлении после выдвижения на пост премьер-министра Ираклий Гарибашвили сказал – “Я наведу порядок”. Наведение порядка для Грузинской Мечты это прежде всего разрешение политического кризиса. Грубо говоря необходимо загнать оппозицию в стойло. Но вот как это сделать? Поднимать ставки можно очень долго, но когда-нибудь придется открывать карты. Те кто считают, что в современной Грузии можно разрешить политический кризис исключительно силовыми методами ничего не знают о Грузии. И дело не только во внешнеполитических, экономических, социальных и прочих  факторах, останавливаться на которых не имеет смысла. Главная причина – социокультурная. Попробую объяснить на примере из литературы. Дмитрий Быков как то сказал, что Бабель написал два гениальных произведения – “Одесские рассказы”, где все всем свои, и “Конармию”, где все всем чужие. Так вот Грузия это одесские рассказы, а не Конармия. Правда сто лет назад тоже были одесские рассказы, а потом пришла Конармия. 

Гела Васадзе, GSAC